кадани = Са м арина Котлова

Аппоќабоп

Месть это блюдо которое подают холодным? А если мстить совсем не хочется, а хочется просто жить? Таинственные мстители никак не уймутся? Значит, будем

соответствовать и сделаем так, чтобы это блюдо им поперек горла встало. А она ведь хотела как лучше.

Марина Котлова

Серая тень

Сколько тропок мною исхожено, И полей сколько истоптано,

И дорог сколько пройдено,

И речушек сколько изброжено.

Я скитаться привыкла неприкаянна, Доверять отвыкла обижена.

Ине просто так лапы дали мне,

Ине просто рана зализана.

Вот бы крылья мне дали светлые. Я стрелой полетела бы пущенной. Улетела 6 в края далёкие,

Где меня посчитают нужною.

И не будут гонять меня мётлами, И проклятьями вслед забрасывать. Я мечтой поделюсь со многими,

И не буду бояться рассказывать.

О судьбе своей и скитаниях, И о жизни, которой не было. И о мыслях своих, о терзаниях Я тому, кто рядом, поведаю.

Только где же мне крылья взять светлые? Как взлететь в небеса высокие?

И исполнить мечты заветные,

И увидеть края далёкие?

Меня держит земля капканами. Мои ноги трава опутала.

И не видно, что там за бурьянами. И тумана река всё окутала.

Мне не выбраться, мне не вырваться, Хоть и сильная, хоть и смелая.

И судьба моя знаю, как сложится,

В сердце рана болит застарелая.

Вы не плачьте по мне, не мучайтесь,

Не жалейте меня непутёвую. Я сама уже так измучилась, И ко встрече с судьбой, готова я.

Время выбрано, шаги сделаны, Слова сказаны, мысли ясные.

И великие тайны поведаны.

Значит, всё же, жила не напрасно я.

Котлова М.

Ночь уже несколько часов как вступила в свои права. Прохладный ветерок ласково перебирал волосы сонного стражника. Всё вокруг было таким же что и вчера. Темнота не несла в себе ничего нового. Кто-то из охранников украдкой сцеживал зевоту в кулак. Да, что ни говори, а служить в замковом гарнизоне почётно, но невероятно скучно. Даже те, кто служил здесь давно, не могли припомнить, чтобы на замок было совершено нападение. Хоть бы какой-нибудь завалящий шпион заглянул. Так нет. Видимо, врагов отпугивало одно название замка «Драконье дыхание».

По уже давно сложившейся традиции, в замке всегда присутствовал сильный маг и обязательно имеющий специализацию огненного.

Мощная охрана лучших стражников и сильный маг были необходимы, так как в замке находилось очень много мощных, а иногда даже опасных артефактов. Попади хоть один из них в руки врагов и даже Великие не смогли бы предсказать последствия этого. Но, вот уже пять сотен лет ничто и никто не тревожили покой мрачного замка. Надёжно спрятанные амулеты и артефакты спали, скованные сильными заклятиями способными сдержать их силу. До сегодняшнего дня, а вернее ночи.

Всё вокруг было таким же, как прежде, но неожиданно стражник на Восточной стене насторожился. Он сам не понимал, что заставило его вынырнуть из привычной дремоты, в которую он укутывался каждое дежурство, словно в тёплый подбитый мехом плащ. Возможно, его насторожил крик ночной птицы, или громко треснувшая в лесу, прилегающем к замку ветка. Или это была быстро промелькнувшая где-то внизу, смазанная тень.

Молодой ещё по меркам здешних обитателей стражник внимательно осмотрелся. Но ночь по-прежнему хранила молчание. До слуха дежуривших на стенах не долетели даже звуки, издаваемые ночными насекомыми. Внезапно навалившееся чувство тревоги не желало отпускать. Зябко передёрнув плечами, мужчина решил пройтись до угловой башни. Даже если все было в порядке, лишняя прогулка ему не повредит.

Не успел стражник сделать и нескольких шагов, как вновь услышал звук, который, теперь он был в этом уверен, заставил его насторожиться. Как бы невероятно это не было, но он мог бы поклясться, что это скрежет когтей по каменной кладке.

В стражники крепости не берут слабых духом, но в данную минуту, он ничего не мог поделать с предательской дрожью, пробежавшей по его телу, прежде чем он обернулся.

Она была там. Волчица стояла, широко расставив крепкие лапы и низко опустив голову. Хотя нет, не волчица. С волком этого зверя не перепутал бы даже ребёнок. Их осталось так мало, но стражник знал, что не ошибается в определении того что сейчас видит. «Оборотень, тёмно серой масти, самка». Всё это пронеслось в его голове за секунду до того как она атаковала. «Вот 6...» Успел подумать стражник, и клыки сомкнулись на его горле.

Оборотень слегка тряхнул обвисшее тело. Не убила, но приятного парень почувствует мало, когда очнётся.

Во внутренние помещения замка проникнуть оказалось легче лёгкого. Слабенькие охранные заклинания против нежити были скорее данью традиции, чем действительно сильной защитой. Никто не ожидал столь дерзкого покушения на овеянную мрачными тайнами обитель, и совершенно напрасно.

Оборотню даже не пришлось перекидываться для того чтобы деактивировать защиту, достаточно было небольшого силового импульса и она рассыпалась серебристыми искрами.

Мягко ступая лапами по гранитному полу замка, оборотень пробралась в самые его недра, можно сказать в сердце Хранилище артефактов.

Возле двери хранилища пришлось перекинуться, на неё было наложено несколько магических замков, и без рук тут никак было не обойтись. Если бы кому-то вздумалось пройти по замку этой ночью, то вид обнажённой девушки, усиленно производящей загадочные манипуляции с дверью, вызвал бы определённое недоумение. Но, все обитатели замка, за исключением нескольких стражников, спали сном праведников.

Дверь поддалась через несколько минут. Как оказалось, замки на ней были рассчитаны скорее на то, чтобы в комнату не ввалилась какая-нибудь чересчур любопытная служанка, чем действительно сильный маг.

Так, и где же тебя искать, голубчик?

Приятный глубокий голос разнесся по хранилищу, но оценить его было некому. Артефактам же всё равно.

Девушка плавной походкой прошлась вдоль длинных стеллажей, покрытых вековой пылью. Было заметно, что сюда уже давно никто не заходил. Пол так же покрывал толстый слой пыли и на нём оставались чёткие следы миниатюрных женских ступней. Это не радовало, но с другой стороны, они всё равно скоро будут знать, что к ним кто-то пробрался, так что одним следом больше, одним меньше, теперь это уже не имело совершенно никакого значения.

Девушка пожала плечами, как бы отвечая, на свой внутренний монолог и возобновила движение. Нужная вещь всё никак не желала находиться, она уже было подумала, что часть артефактов спрятали в другом месте, когда почувствовала зов. Не услышала, а именно почувствовала. Он был совсем рядом и жаждал попасть в её руки.

Вот ты где мой хороший. Иди к мамочке.

Стоило ей протянуть руку к горящему пульсирующим зеленоватым светом посоху, как его сияние значительно усилилось. Девушке даже на секунду показалось, что артефакт тихонько замурлыкал, словно ласковый котёнок под рукой любимого хозяина.

Посох оказался неожиданно лёгким. Ощущая под рукой приятную гладкость отполированного дерева, оборотень усмехнулась.

Что ни говори, а в отсутствии вкуса ушастых не обвинишь.

Как всегда при мыслях об эльфах девушка скривилась, но туг же заставила себя отбросить ненужные сейчас эмоции. Дело есть дело, главное для неё выполнить заказ, а кто его оплачивает её волновать не должно. Деньги не имеют расовой принадлежности, они лишь помогают выжить, и качество жизни напрямую зависит от их количества. Всё равно заказчиков она никогда не увидит, так как принимает заказы всегда через посредников, а остальное её не касается.

Девушка бесшумной тенью скользнула за дверь, положила посох на несколько секунд на пол и перекинулась в волчицу. Отряхнувшись, волчица осторожно взяла посох в зубы и устремилась к выходу.

Серая тень неслась по замковым коридорам, слегка притормаживая на поворотах. Что ни говори, но нести артефакт в зубах было не очень удобно.

Дыхание она перевела, только когда оказалась за замковой стеной. Спускаться, впиваясь когтями в неровности каменой кладки было ещё труднее, чем подниматься, да и

посох не добавлял манёвренности. Конечно, его можно было бросить вниз и продолжить движение налегке, но кто гарантирует, что её не заметят и не поднимут тревоту, а в этом случае, искать укатившуюся реликвию у неё просто не будет времени.

В последний раз оглянувшись на сонную громаду замка, волчица бросилась в сторону темнеющего леса. Она была лучшей, и снова это доказала. Настроение было бы ещё

прекраснее, если бы она не знала, кто заказчик данной операции. Жаль, что эльф, очень жаль.

Ксанка бежала вдоль ручейка. Они с мамой сегодня играли в прятки. Раз, и ручей остался где-то в стороне, два и лес приветливо встретил девочку приятной прохладой. На счёт три, она уже пряталась в низеньком кустике. Здесь мама будет искать её долго.

Милая, хватит играть. Папа вернулся.

Папа. Отца Ксанка любила, но побаивалась. Она ни разу не видела, чтобы он улыбался. Он почти всегда отсутствовал, навещая их с мамой набегами. Ксанка помнила, что он был очень большим и сильным, но это единственное, что она о нём помнила. Лет до шести отсутствие отца рядом её не сильно волновало, но теперь она начала задавать вопросы. Когда она спросила маму, почему отец не живёт с ними, та поладила её по голове и сказала.

У папы очень тяжёлая и опасная работа. Он живёт отдельно, чтобы мы не пострадали. Когда вырастешь, ты всё поймёшь.

А ведь понять хотелось уже сейчас. И почему они считают её маленькой и ничего не говорят. Вздохнув, девочка вылезла из облюбованных кустов и поплелась к дому.

Через какое-то время чуткие уши девочки уловили посторонний шум, слишком непривычный для леса. Она впервые слышала такие звуки и определить, что их издает, не могла.

Мама? Позвала девочка неуверенно. Не дождавшись ответа, она бегом припустила к дому, вот только дома больше не было. На месте их небольшого сруба было нагромождение брёвен и камней. Ксанка не понимала, как можно разрушить дом так тихо, откуда было знать маленькой девочке о пологе неслышимости накладываемом магами. Она даже не знала, кто такие маги. Всю свою жизнь маленькая Ксанка прожила здесь в лесу, и никогда не видела никого кроме мамы и отца.

Мама была здесь, она лежала на земле неподалёку от того места, где стоял разрушенный дом.

Мама. Снова тихо позвала Ксанка. Она не понимала, почему здесь так много красного, она никогда раньше не видела так много красного. Мама лежала на спине, широко раскинув руки, будто собиралась обнять небо. Они часто лежали так вечерами и любовались на закат, или на ночное звёздное небо. Может мама хочет поиграть? Тогда, почему она не отзывается. Девочка сделал ешё несколько робких шагов, и замерла, она поняла, почему вокруг так много красного. Мамино тело наискосок пересекала страшная рана, кровь из неё уже почти не текла, она почти вся была на земле вокруг мамы.

Ксанка подошла поближе и опустилась возле мамы на колени, она провела своей маленькой ладошкой по маминым волосам и робко улыбнулась. Произошедшее никак не укладывалось у неё в голове, но слёз почему-то не было.

Они вышли из леса и остановились чуть в стороне. Никогда раньше девочка не видела подобных существ. Они были красивые, но при этом они пугали. Один из них сделал шаг в её сторону, потом повернулся к остальным и тихо спросил. Что с девчонкой делать, господин?

То же что и со всеми остальными. Ни один из них не заслуживает жалости. Звери должны умереть.

Увидев, что спросивший замялся, мужчина презрительно скривил губы и решительно двинулся к Ксанке. Когда он остановился возле неё, девочка подняла на него полные боли

глаза. Когда он поднял свой меч для удара, она даже не попыталась защититься, ей просто не пришло это в голову. Клинок легко проткнул детскую грудь и вышел с другой стороны тела. Широко распахнув глаза, девочка вскрикнула, и стоило мужчине выдернуть сталь, рухнула на траву как подкошенная.

Эльфы ушли, ни разу не оглянувшись. Как только поляна скрылась с их глаз, на ней вспыхнуло магическое пламя. Оно пожирало всё, до чего могло дотянуться, но при этом выжигало строго ограниченный участок, не трогая ничего за его пределами.

Пролетающие мимо птицы инстинктивно меняли направление движения, хотя и не видели пламени, лес замер в тревоге, но как только поляна полностью выгорела, погас и огонь. А через несколько месяцев на месте пепелища зеленела новая трава, и ничто не напоминало о трагедии разыгравшейся здесь.

Двадцать лет спустя.

Хозяин корчмы «Посиделки у оборотня» был очень зол, его лучшая танцовщица опять задерживалась, а порядком накачавшиеся посетители требовали зрелищ.

И где её демоны носят? Зея, она не появлялась? вот уже, наверное, в сотый раз спрашивал рассерженный гном у одной из своих танцовщиц.

Придёт, куда она денется. Беззаботно пожала плечами девушка.

Когда-нибудь придушу её собственными руками, может тогда будет хоть какая-то уверенность, что она не исчезнет в самый неподходящий момент.

Строго говоря, у него было три штатных танцовщицы: Зея, Милея и Ксанка. Ксанка среди них была самой лучшей. Она танцевала у него уже пятый год и всегда её выступления производили фурор. Многие возвращались в его заведение исключительно ради того чтобы полюбоваться на танец этой бестии.

Всем привет. Глурон, что это ты мечешься? Опять вчерашних щей переел?

Раздавшийся внезапно голос принадлежал довольно миловидной девушке. С несколько необычной внешностью. У девушки были необычные стального цвета глаза и шикарные длинные волосы, когда-то видимо бывшие тёмными, но сейчас они выглядели так, будто их присыпали пеплом. Только немногие избранные знали, что этот странный цвет на самом деле седина. Насколько знал Глурон, его танцовщица всегда выглядела так и даже предположить не мог, что могло случиться в жизни этой удивительной девушки, для того чтобы она поседела ещё в детстве. Одним из главных правил работы у Глурона, было отсутствие вопросов, так что, как бы любопытно ему не было, он никогда не спрашивал, откуда пришли его танцовщицы и, что происходило в их жизни до того, как они познакомились. Чужое прошлое должно оставаться чужим прошлым и никак иначе.

Сейчас же хозяин корчмы возмущённо запыхтел, подпрыгнув на своих коротеньких ножках. Рост гнома был небольшим даже по гномьим меркам, что уж говорить о людях.

Ксанка, растудыт твою в качель. Тебя где носит? Мне сейчас посетители зал громить начну, а она стоит тут лыбится. Быстро переодевайся и на сцену.

Не петушись, Глурончик. Ничего с твоими посетителями не случится, подождут ещё немного.

С ними может и ничего, а меня сейчас удар хватит. Вот где у тебя совесть?

Совесть? А что это такое? Деланно удивилась девушка.

Гном возмущённо засопел, но Ксанка его уже не слушала. Она скрылась за дверью гримёрной комнаты, а через некоторое время из-за неё выпорхнула знойная красавица. Её распущенные волосы украшали серебристые цепочки, которые заразительно позвякивали

при каждом повороте её головы. Изящная же фигурка девушки была затянута в кожаный наряд чёрного цвета, состоящий их узких штанов и лифа от которого вниз тянулись многочисленные ремешки и металлические подвески.

Тряхнув головой, она весело подмигнула своим подругам по сцене, и они отправились выступать. Зал встретил их аплодисментами и заразительным свистом. Постоянные посетители уже догадывались, что увидят сейчас что-то потрясающее, а новички, заразившись общим настроением, ждали чего-то необычного.

Неожиданно откуда-то послышалась тихая музыка и зал замер, а потом на сцене одна за другой появились девушки. Все они отличались необычной броской красотой, которая в сочетании с их смелыми нарядами казалась совсем уж невероятной. Если с Ксанкой всё было понятно, то стоило остановиться на Зее и Милее. Роста все девушки были примерно одинакового и фигурки у них были, в общем-то, похожи, но на этом схожесть и заканчивалась, и начинались различия. В отличие от дымчатого цвета волос Ксанки, у Зеи волосы были тёмного, чуть зеленоватого цвета, а глаза сияли невероятно ярким зелёным цветом. Милея же, отличалась золотистыми локонами и голубыми глазами, опушёнными длинными неожиданно чёрными ресницами. Все вместе девушки производили неизгладимое впечатление даже когда стояли вот так, неподвижно на сцене. Их кажущееся спокойствие никого не обмануло, так как стоило музыке изменить темп, как начался танец.

Что же они вытворяли на сцене. Даже самые скептически настроенные новички, скоро обнаруживали, что затаив дыхание наблюдают за изящным, но полными скрытой страсти движениями девушек.

Темп музыки ускорялся, ускорялся и ритм танца, он становился всё более энергичным и захватывающим. В самом конце, музыка оборвалась, и девушки замерли, поставив эффектную точку в танце.

Посетители, как всегда, были в восторге. Глурон стоя за стойкой, довольно потирал руки. Девушки, как всегда были великолепны, а значит, его прибыль сегодня будет хорошей.

Ну, девчушки, порадовали. Довольный гном весело подмигнул вернувшимся со сцены девушкам. Можно подумать, когда-то было по-другому. Томно вздохнула Зея. Милея,

позволила себе лишь лёгкую улыбку, а Ксанка и вовсе промолчала. Через несколько минут у них снова был выход, а ведь ещё нужно было переодеться.

Откровенные кожаные наряды сменили наряды амазонок: Короткие кожаные юбочки, отделанные металлом лифы и симпатичные сандалии которые крепились на ножках, с помощью ремешков обвивающих ноги до самых колен.

Волосы девушки заплели в косы перевитые лентами. Ксанка, при всё при этом, держала в руках два коротких меча.

Зачем тебе оружие? Насторожено спросил гном.

Глурон, это бутафория для выступления. Ксанка закатила глаза.

Новый номер?

Должны же иногда менять репертуар, иначе твои посетители заскучают.

Ну. Так-то да. Гном задумчиво поскреб пятернёй в бороде, но доводов против не нашёл и махнул в сторону сцены.

Эта ночь была насышенной на выступления и эмоции. Гном не успевал подсчитывать прибыль, а посетители клялись вернуться в сиё заведение ещё не один раз.

Глурон, это просто издевательство какое-то. Мы требуем отгул. Девушки

преградили гному дорогу и их решительные лица давали ему понять, что они не шутят. Девочки, успокойтесь, будет вам выходной. Вот выходные отработаете, и отдыхайте на здоровье.

Глурон. В исполнении трёх разъярённых девиц, рык получился очень даже впечатляющим. Да, ладно вам девочки, неожиданно спокойным голосом проговорила Ксанка,

не хочет нас отпускать, пусть ищет себе новых танцовщиц. Мы себе работу всегда найдём. Вон у Касыча требуются, он и платить больше будет, я договорюсь.

Услышав это заявление гном обомлел. У него даже седых волос в шевелюре добавилось. Похватав некоторое время воздух разинутым ртом, он, наконец, смог хрипло выдавить. Девки, вы чо. Не шутите так, у меня же сердце.

Нет у тебя сердца, Глурон. Это я тебе со всей ответственностью заявляю. Ксанка безапелляционно скрестила руки на груди.

На гнома жалко было смотреть, его маленькие глазки непривычно широко распахнулись, а губы задрожали.

Надолго терпения девушек не хватило, налюбовавшись на несчастного коротышку, они не выдержали и бросились его утешать. Но, как только Глурон немного успокоился, Ксанка уверенно заявила. Но, в выходной у нас выходной.

Гном грустно вздохнул и обижено надувшись, пробормотал. Уговорили, чертовки. Но в понедельник чтоб как штык.

Радостно попискивая, девушки, ещё немного потискали ошалевшего от такого внимания бородача и бросились переодеваться.

Выходной какое прекрасное слово, особенно если учесть что его уже минимум полгода не было. Ксан, а ты куда поедешь? Я так понимаю, твои родные не здесь живут. Весело

прощебетала Зея. Так как она в этот самый момент смывала с лица боевой сценический раскрас. То не заметила, как на долю секунды окаменело тело девушки, а в глазах плеснулась боль. Но, вот она моргнула один раз и перед зеркалом вновь сидела беззаботно улыбающаяся девушка. Лет этой девушке было не так уж и много, а слишком серьёзный для её возраста взгляд она привычно прятала за пушистыми ресницами. В крайнем случае, можно притвориться недалёкой дурочкой, люди охотно в такое верят.

Не знаю Зея. Может поболтаюсь где-нибудь, может, просто поваляюсь. В общем, найду, чем заняться.

А ты, Милея?

Светловолосая красавица немного смущёно улыбнулась, и девушки переглянулись с понятливыми улыбками. Совсем недавно, Милея, встретила парня, который, как она надеялась, останется в её жизни надолго.

Надо сказать, парень действительно был неплохой. Он единственный кто отнёсся к девушкам с должным уважением, несмотря на то чем им приходилось зарабатывать. Танцы, это конечно красиво, вот только танцовщиц большинство воспринимали как легкодоступных девиц. Зачастую путая их с «весёлыми» дамами. Зарвавшихся поклонников приходилось учить и зачастую не только словами.

Улица встретила девушек утренней прохладой и звонким треском вездесущих сверчков. Пожелав друг другу хорошего отдыха, девушки разошлись в разные стороны. Зея с Милеей отправились в сторону соседнего здания, на чердаке которого снимали свой уголок. А вот

Ксанка немного помедлив, побрела вдоль сонных домов. Собственное жильё у нее, конечно же, было, но сейчас её ждали в другом месте. Собственно именно из-за этой встречи она так настаивала на выходных. Обычно, свои заказы она выполняла в черте города, но этот обещал хороший куш, но и времени требовал больше.

Если бы только гном знал, что работа в его корчме является для девушки скорее развлечением, а основная её рабата носит несколько другой профиль, он бы сильно удивился, но ему никто не собирался это сообщать.

Ксанка довольно быстро достигла небольшого домика на окраине городка и оглядевшись, нырнула в низенький дверной проём. Её уже ждали.

За столом довольно загаженной кухоньки сидел мужчина неопределенного возраста и невыразительной внешности. Крипа мало кто знал в лицо, в то время как он знал почти всех. Что бы у него не спросили, у него на всё готов был ответ. Возможно, именно поэтому Крип отвечал за то, чтобы свести заказчиков с нужными им людьми, ну, или не совсем людьми. Неважно, что требовали заказчики, любая сделка проходила через Крипа. Ксанка коротко кивнула некоронованному королю ночных улиц и присела на грязный стул.

Что нужно сделать?

Кое-что стянуть из «Драконьего дыхания».

Ксанка пришурившись, смотрела на мужчину. Ничем не примечательная внешность, бледно-серые глаза, желтоватый цвет лица, редкие русые волосы, торчащие уши. Всё это в сочетании с тощим нескладным телом создавало иллюзию того, что перед вами совершенно безобидный и даже недалёкий человек, не способный на принятие сколь-нибудь важных решений. А между тем именно этот человек отправил на тот свет больше людей, чем какой- нибудь генерал действующих войск. Переходить дорогу Крипу настоятельно не рекомендовалось. Все об этом знали, но всё равно, время от времени появлялись смельчаки, считающие, что они на месте Крипа будут смотреться более выигрышно. За свои решения такие смельчаки платили, и платили дорого.

Пока Ксанка разглядывала Крипа, он внимательно следил за её реакцией. До неё, уже несколько хороших добытчиков отказались от заманчивого предложения, не объясняя причины. Впрочем, Крипу причина была и не нужна, он прекрасно знал, почему воры боятся замка и не винил их. С девушкой Крип работал не в первый раз, но всё равно подсознательно ждал от неё хоть каких-то признаков истерики, слишком уж специфические у неё были задания. Девушки истерить не торопилась. Только продолжала смотреть, прищурившись на сидевшего перед ней человека и, о чём-то сосредоточено думала. Наконец, она глубоко вздохнула и коротко спросила. Время?

Два дня.

Ксанка ещё какое-то время подумала и спросила. Что нужно вынести?

Крип бросил на неё быстрый взгляд и прохрипел. Артефакт.

Кто заказчик?

Именно этого вопроса я и хотел бы избежать.

Ксанка напряглась, взгляд её стал неожиданно жёстким. На какое-то мгновение в глубине её глаз полыхнула ненависть, окрасившая радужку в звериную желтизну, но только на мгновение. Мгновение прошло, она моргнула и, уже ничего не напоминало о проявленном гневе.

Эльфы?

Да.

Сколько платят? Подумав ещё немного, спросила девушка.

Крип постарался не показать своего удивления, он взял небольшой клочок бумаги, лежавший на столе, накарябал на нём несколько цифр и всё так же молча, показал Ксанке. Как только он удостоверился, что Ксанка всё разглядела, он быстро сжёг бумагу в пламени свечи и выжидательно уставился на девушку.

Берёшься?

А ты сомневался?

Честно говоря, да. Но, ты единственная кому это по плечу, и к тому же. Достаточно безрассудна, чтобы пойти на это, но при этом достаточно умна, чтобы выбраться оттуда без последствий.

Не стоит хвалить меня раньше времени Крип. И ешё, если я попадусь, сдам ушастых с потрохами, их я защищать, не намерена. Лады?

Крип поморщился, но кивнул с явной неохотой. Его контора давала определённые гарантии, что при любом раскладе, клиента никто не выдаст. Но, тут был особый случай. Ксанка действительно была единственной, кому было под силу провернуть это дело и вернуться. А то, что она ненавидела эльфов, Крип прекрасно знал, так что она имела право на некоторые поблажки.

Крип никогда не расспрашивал её о причинах ненависти к остроухим, не любил он лезть в чужую душу. Если Ксанка захочет, сама расскажет, нет, так нет. Ксанка рассказывать не торопилась.

Больше им говорить было не о чем. Девушка получила точное описание требуемого артефакта и ушла. Крип ещё какое-то время сидел за столом, а потом решительно тряхнул головой и скрылся в глубине дома.

Ксанка же прошла несколько улиц, практически ничего не замечая вокруг. Задание ей не понравилось очень и вовсе не потому, что оно было опасным, нет. Дело даже было не в том, что заказчиками были эльфы. Ксанка чувствовала в этом какую-то угрозу лично для себя. Причин плохих предчувствий не было, но они не желали отпускать. Как бы то ни было, задание она выполнит.

Улицы потихоньку оживали. Решившихся выйти из домов людей ласково осветило проснувшееся солнце. Откуда-то доносился запах свежей выпечки, послышался энергичный перестук кузнечных молотов. Мимо Ксанки несколько раз пробегали мальчишки посыльные с заспанными лицами. Осторожно прокрался припозднившийся воришка. Тяжело прошаркал толком не проспавшийся выпивоха из корчмы на другой стороне улицы.

Всех этих людей Ксанка замечала краем сознания но, не заостряла на них своего внимания. Её мысли были заняты совсем другим, она думала о том, что это дело здесь станет для неё последним. Работать под крылом Крипа было довольно интересно и даже где-то почётно, но всему своё время. Её время в этом городе подошло к концу. Она знала, что когда-то этот момент наступит, но всё равно было тяжело. Очень. Ксанка уже давно смирилась со своим непростым положением и особым статусом. Для большинства людей, да и нелюдей она была нечистью.

Оборотень гроза лесов, ужас всех живущих. Оборотней не любили и боялись, их ненавидели, их уничтожали. И никто не мог вспомнить причины появления такой ненависти. Ксанка помнила и понимала.

За то время что она жила в этом новом негостеприимном для оборотней мире своих собратьев она встречала всего лишь пару раз. Затравленные людьми и другими расами, эти

изможденные ни во что не верящие существа являли собой жалкое зрелище. Ксанка не хотела стать такой, именно поэтому она предпочитала таиться и скрывать свою сущность, при этом оставаясь на виду. Вычислить в девушке оборотня не могли даже специально обученные люди, были и такие в Фрисе. Команды охотников на оборотней, для которых поимка главного врага человеческого населения была любимейшим событием в жизни. И ведь ловили.

Ксанка встречалась с ними на улицах города каждый день, здоровалась, спокойно останавливалась поболтать. И ни единого раза, ни один их них не заподозрил в ней оборотня. Это было тяжело, особенно когда они начинали рассказывать, как поймали очередного монстра и как они веселились, пока убивали его. Она справилась, но это выматывало, пришло время, уходить.

Занятая своими тяжёлыми думами Ксанка не заметила неожиданно возникшее на пути препятствие и только когда врезалась в кого-то, подняла вверх удивлённые глаза. Сверху, на неё с каким-то непередаваемым выражением лица смотрел эльф.

Сантион проснулся в дурном расположении духа. Ему очень здесь не нравилось. Он вообще не любил останавливаться в человеческих поселениях, а уж в таких крошечных, тем более. Здесь не было элементарных удобств к которым он привык, несмотря на то, что очень часто отлучался из дома и вёл походный образ жизни. Он мог простить многое, только не грязь, которая царила в человеческих городах. Так что отсутствие возможности нормально помыться беспокоило его больше, чем возложенная на его широкие плечи миссия.

Временами Сантиону стыдно было себе в этом признаться, но комфорт он ценил и теперь, в угоду какому-то зарвавшемуся колдунишке, он вынужден терпеть весь ужас человеческого гостеприимства.

Начать с того, что самая лучшая гостиница этого городишки было в несколько раз хуже его конюшен. Некоторое подобие чистоты тут конечно соблюдалось, но вовсе не на том уровне, что был необходим, чтобы носить гордое название гостиницы.

Когда Сантион уведомил хозяина, о необходимости освежится после долгой дороги, ему притащили в номер бочку. Подумать только бочку! Возмущению эльфа не было предела. Да, за кого они его принимают? И только слова хозяина гостиницы о том, что иного способа помыться нет. Примирили эльфа с действительностью. Впрочем, как сказал хозяин, всегда есть возможность прогуляться до реки, благо она не далеко.

Кухня сего замечательного заведения тоже оставляла желать лучшего. Мало того, что почти весь рацион состоял из мясных блюд. Так ещё и вина хорошего в этом городе, похоже, никогда в глаза не видели и не пробовали. Это угнетало.

А теперь ещё и девица какая-то решила сбить его с ног. Это вообще выходит за рамки всех приличий. Конечно, он уже привык, что человеческие женщины буквально падают к его ногам, и временами он даже благосклонно отвечал своим драгоценным вниманием на жалкие попытки этих неуклюжих человечек. Но чтобы вот так, среди бела дня!

Старательно затолкав раздражение поглубже, Сантион приподнял одну бровь и бархатным голосом спросил. Я могу вам чем-то помочь?

Реакция девушки его удивила. Она отшатнулась от его протянутой руки, будто это была лапа вурдалака, в самом-то деле. Потом резко подскочила на ноги и, спрятав свои руки за спину, сделал несколько шагов назад.

Вы, нет. А голос у девушки оказался глубоким с чуть слышимой хрипотцой, совсем не типичный для представительниц прекрасного пола.

Девушка обожгла эльфа трудночитаемым взглядом, и нервно передёрнув плечами, стремительно удалилась в сторону ближайшей подворотни. Возможно, Сантиону показалось, но на мгновение в глазах девушки промелькнула ненависть, промелькнула и тут же исчезла в сером омуте её глаз.

Надо же ей было врезаться в этого эльфа, чуть с головой себя не выдала. Ей даже пришлось срочно прятать руки, Чтобы он не увидел непроизвольной частичной трансформации. Всё-таки острые когти на руках милой девушки смотрятся странно. Кто бы

только знал, как сильно было её желание располосовать этими самыми когтями его симпатичное личико.

Дыхание выровнялось только через несколько минут, да и серая пелена, застилавшая глаза развеялась не сразу. Уже в который раз Ксанка поругала себя за излишнюю эмоциональность. Так ведь и попасться недолго, а попадаться она не собиралась. Не для того она выкарабкалась буквально с того света, чтобы так банально распрощаться с этим миром из-за какого-то ушастого гада.

Вдох, выдох и вот по улицам города идёт многим знакомая молодая девушка с пронзительными серыми глазами и мягкой, располагающей улыбкой.

Первый день с трудом выбитых выходных был уже в разгаре, а она ещё даже не начала отдыхать. Усталость как таковой девушка не чувствовала, что поделать особенности организма оборотней. Это было конечно прекрасно, но ей предстояла сложная работа, так что отдых был всё же необходим. Приняв волевое решение, Ксанка отправилась к себе домой. Уже засыпая, она дала себе мысленную установку проснуться через четыре часа.

Сон пришёл быстро. В самом начале это было что-то приятное, розово-воздушное, но потом ей снова приснился огонь. Она грела в этом огне, так же как и двадцать лет назад, как все эти двадцать лет, изо дня в день, из ночи в ночь. И снова, как двадцать лет назад в её сне появились сильные и надёжные руки и вытащили её из этого огня.

Проснувшись, Ксанка долго бездумно пялилась в потолок. Картины сна всё ещё стояли перед глазами и, сил стряхнуть с себя привычную после этого сна апатию, просто не было. За стеной, что-то громко звякнуло, раздался раздосадованный детский возглас и отборная брань в исполнении мужского голоса. Опять Сит отправил своего отпрыска за бутылём первача и опять мальчишка разбил его, «нечаянно». Денег на очередную бутылку у Сита, скорее всего не было, так что волей-неволей придётся трезветь.

Временами Ксанка поражалась тому, как сообразительно вёл себя этот маленький соседский мальчишка. Конечно, уже не такой маленький, всё же уже пятнадцать стукнуло. Зная, что по окончании денег отец ненадолго придёт в себя, начнёт приносить заработок домой и даже возможно купит что-нибудь вкусненькое. Васёк всегда подгадывал момент и разбивал купленную на последние деньги бутылку. Отец, конечно, будет зол и без тумаков не обойдётся, но синяки сойдут, а у них будет несколько дней почти нормальной жизни.

Как бы то ни было, но привычные звуки окончательно вырвали Ксанку из оков сна и заставили подняться. Быстро приведя себя в порядок, девушка оделась и наметила план действий на ближайшие сутки. Через два дня она уже должна выступать у Глурона, и ни у кого не должно возникнуть ни единого подозрения, что она может быть причастна к будущим событиям в «Драконьем дыхании».

Перво-наперво, необходимо было сходить в серые кварталы. Ребята там обитали понятливые и информацию предоставляли по вполне приемлемым ценам. Кое-что о «Драконьем дыхании» Ксанка знала, но этого явно было недостаточно для того, чтобы совать голову в пасть вышеупомянутого дракона.

Следующим пунктом в её списке было приобретение необходимого снаряжения. Конечно, после её последнего задания много чего осталось, но окончательный список необходимого она сможет составить только после того как просмотрит предоставленную по объекту информацию. И ешё, нужно будет зайти к девчонкам и предупредить их на всякий случай. Мало ли, вдруг не получится вернуться вовремя, нужно же будет кому-то прикрыть её зад.

Серые кварталы располагались на восточной окраине города. Небольшие и довольно аккуратные домики скрывали в себе много удивительных, а зачастую и пугающих вещей.

Люди прекрасно знали о том, что же на самом деле происходит в этих домах и их подвалах, но предпочитали закрывать глаза на происходящее. Меньше знаешь, крепче спишь. Власть имущие, вообще получали свою долю за резко ухудшившиеся зрение и слух, и вполне этим обстоятельством были довольны.

Ксанка сейчас направлялась к Фикру главе воровской гильдии. Этот во всех отношениях приятный человек, очень ответственно относился к членам своей гильдии и именно по этой причине воры в Фрисе если уж не процветали, то жили вполне сносно, а некоторые даже хоропю.

Заказы, взятые кем-либо из членов гильдии, выполнялись точно и в срок. Фикр следил за этим лично, так же как лично курировал он отдел сбора разнообразной информации. Правильная информация временами стоила даже больше, чем украденная драгоценность. К Фикру информация стекалась со всех уголков их немаленького государства и из большинства сопредельных. У Фикра можно было узнать обо всём и обо всех.

Именно информации Ксанке сейчас и не доставало. Несмотря на то, что «Драконье дыхание» был у всех на виду и на слуху, знали о нём удивительно мало. В основном это были сплетни и слухи, один невероятнее другого, но это никого не удивляло.

Стоило Ксанке войти в любезно распахнутые перед ней двери, как она поняла её ждали. Это было вполне закономерно. От Фикра не могло укрыться ничего, в том числе и новое задание Ксанки. Конечно, её координатором был Крип, но это не мешало Фикру держать руку на пульсе. Судя по горящему взгляду Фикра, информация, по интересующему Ксанку вопросу, у него была и информация стоящая.

Здравствуй, дорогая. Очень рад вновь тебя видеть. Признайся, ты по мне скучала.

Ксанка громко фыркнула, демонстративно сложив руки на груди. Ещё не хватало скучать по всяким сомнительным типам. Хотя, если уж быть совсем честной, Фикр был хорош. Высокий, стройный, со светлыми, по-эльфийски длинными волосами, которые он, как правило, убирал в хвост. В добавление ко всему этому, очень гармонично на его породистом лице смотрелись карие глаза в обрамлении чёрных пушистых ресниц. А уж от его пронзительного взгляда, которым он одаривал всех без исключения женщин, любое сердечко даже самое чёрствое таяло на раз. Любое, кроме Ксанкиного. Временами девушке даже казалось, что её сердце заледенело и окончательно потеряло чувствительность. Любое внимание оказанное мужчинами её персоне оставляло её равнодушной. И вообще, мужчинам она не доверяла принципиально. Тот же Фикр с удовольствием сдаст её властям, как только заподозрит в ней оборотня.

Здравствуй Фикр. Н могу сказать, что очень скучала. Так что можешь, смело стирать со своего лица эту идиотскую улыбочку. Ты же знаешь, на меня она не действует.

Фикр состроил огорчённую моську, а потом озорно подмигнул девушке и весело расхохотался, запрокинув голову назад. Ксанка пережидала его неожиданное веселье, слегка приподняв бровь, но ей скептическое выражение лица, его совершенно не покоробило. Он легко поднялся и подошёл к Ксанке, ловко сцапав её лапку, Фикр запечатлел на тыльной стороне её ладони лёгкий поцелуй. И всё это он проделал настолько стремительно, что когда девушка смогла вырвать свою руку из его хватки, оставалось только досадливо морщиться и незаметно вытирать ладонь о штаны.

Фикр слишком понятливо хмыкнул и жестом пригласил Ксанку присесть. Пришлось

принять его приглашение, не стоять же с гордым видом в самом-то деле. Фикр тут же расположился за столом, вперив в сидевшую напротив девушку внимательный взгляд. Ксанка уже давно привыкла к таким его взглядам и не нервничала. Стойкий иммунитет, привитый ей ещё в отроческие годы, позволял ей смотреть без лишнего пиетета и не на таких красавцев. Одни только эльфы чего стоили.

Ни для кого не секрет, что большинство человеческих женщин мгновенно теряли голову, стоило высокородному остроухому обратить на них своё высочайше внимание. Ксанка же голову не теряла никогда, особенно с эльфами. Она не понаслышке знала, насколько двуличны эти красавцы и не питала ненужных иллюзий. Временами Ксанка сильно жалела о своей невосприимчивости к мужскому шарму, но поделать с этим ничего не могла.

Вот и сейчас начисто проигнорировав пылкий взгляд мужчины, она сразу же приступила к делу.

Итак, я понимаю, у вас есть необходимая мне информация.

Что, прямо сразу и информация? Не выпьешь со мной бокальчик хорошего вина? Не поболтаешь по старой дружбе?

Ксанка поставила на столешницу локти, сцепив кисти рук в замок, положила на них подбородок, при этом значительно подавшись вперёд. Охранники заметно занервничали.

Фикр, солнышко, мы никогда с тобой не были друзьями. И бокал из твоих рук я никогда не приму, даже если ты наполнить его родниковой водой в моём присутствии, ибо с тебя станется отравить накануне сам родник.

Фикр демонстративно схватился за сердце и изобразил нечеловеческие муки на лице.

Ты просто убиваешь меня своим недоверием. Моё сердце разбито.

Фикр, заканчивай придуриваться. Мы с тобой прекрасно знаем, что у тебя нет сердца. Не ты ли мне об этом сказал сам при нашей первой встрече? Так что прекращай этот балаган и говори, что у тебя есть и что ты за это хочешь.

Мужчина перестал гримасничать и ещё раз цепко осмотрел девушку.

Временами мне кажется, что сердца нет у тебя Ксана. Как ты можешь быть такой холодной?

Видимо могу. Спокойно проговорила Ксанка. Информация, Фикр.

Мужчина философски пожал плечами и вытащил из-под стола несколько свитков. Ксанке хватило всего одного взгляда, для того чтобы удивлённо присвистнуть.

Где ты это взял?

Где взял, там больше нет.

Фикр, это подробный план внутреннего расположения комнат крепости. Такое в обычной библиотеке не возьмёшь.

Аяи не говорю, что нашёл это там.

Где же тогда?

А вот это уже не мой секрет и разглашать его я не в праве.

Нисколько в этом не сомневалась.

Поединок взглядов занял ещё какое-то время. Первым глаза отвёл как ни странно Фикр. Ксанка была единственной женщиной, чей взгляд он выдержать не мог. Старался, но не получалось. Было что-то в глазах этой девушки, что пробирало его до самой печёнки и заставляло чувствовать себя добычей. Что именно вызывало такую реакцию, он не понимал, но на подсознательном уровне остерегался совсем уж откровенно злить эту девицу.

Сколько ты хочешь за эту информацию?

Фикр к своему стыду даже вздрогнул, настолько неожиданно прозвучал вопрос. Но, он довольно быстро взял себя в руки.

Половина того, чо тебе заплатят за работу.

Ксанка приподняла одну бровь. Ты и это знаешь?

Я не знаю цифру, но эльфы жмотничать не привыкли.

При упоминании эльфов, Ксанка поморщилась. Почему все в таком восторге от этих ушастых интриганов? Ведь, по большому счёту, ничего особенного в них нет. Красота это ведь не главное, если за красотой нет души, то она совершенно ничего не значит.

Реакция Ксанки на слова об эльфах не укрылась от Фикра. Ярко выраженная нелюбовь этой девушки к перворожденным слишком бросалась в глаза. Удивительно то, что она при таком отношении к эльфам согласилась на них работать.

Хорошо, я согласна. Половина, так половина. Только потом не обижайтесь.

Даже не подумаю. Для меня уже одно то, что я с тобой общаюсь радость, а уж оплата это дело десятое.

Конечно, конечно, именно так я и подумала.

Дальнейшее обсуждение заняло ещё несколько минут, потом Ксанка ушла.

Фикр же сидел за столом и задумчиво теребил пальцами подбородок. В какой-то момент он поднял взгляд на стоявшего рядом неприметного мужчину. Тот покаянно пожал плечами, он уже несколько раз пытался выследить девчонку, с тех пор как она появилась в их городе, но каждый раз эти попытки заканчивались полным провалом. Она, самым невероятным образом ускользала от самых лучших ишеек. При всём при этом, она делал это настолько изящно и естественно, что злиться на неё никто просто не мог.

Не получится проследить за ней, гляньте одним глазом за ушастыми. Не нравится мне их активность. Что-то эти зайчики задумали. И мне совсем не хочется, чтобы это что-то стало для нас неприятным сюрпризом.

Сантион скучал, откровенно и очень сильно. Человека для выполнения задания он нанял, осталось ждать результатов. А хотелось действий. С каким удовольствием он сам отправился бы в «Драконье дыхание», но политика сковала его по рукам и ногам. Провоцировать людей на агрессию ему запретили, эльфы и так оказались в некоторой изоляции, из-за своих слишком жестоких и принципиальных действий по отношению к некоторым расам. Усложнять положение не стоило.

Двадцать лет назад он думал, что их позиция в отношении тех же оборотней единственно правильная, но время внесло свои коррективы, в его образ мыслей. Многое из того что он делал тогда, сейчас не стал бы делать ни в коем случае. И ещё он бы многое отдал для того, чтобы ему перестали сниться сны.

Сегодня она опять ему снилась маленькая сероглазая девочка. В еб глазах не было страха, она не понимала, что ей нужно бояться, был только вопрос: «За что»? Вот только Сантион не знал на него ответа. Она была первыми и единственным ребенком-оборотнем, которого он убил. Потом он уже не смог, сам не понимая почему, но всякий раз, когда перед ним появлялась заплаканная мордашка очередного маленького оборотня, его руки

опускались.

Сантион проснулся задолго до рассвета и долго лежал, тупо глядя в потолок. С тех пор прошло много лет, за это время Сантион успел многое понять, и задать много вопросов, совету, отцу. Они не смогли дать ему нормальные ответы, и это его не удивило.

В то время он не слишком задумывался о том, что творит, он просто выполнял поручения совета и отца, поголовно вырезая всех оборотней, до которых смог добраться. Но, после встречи с той девочкой у него внутри что-то сломалось, он начал думать и спрашивать. А потом эльфы почувствовали на себе реакцию мира. Лес их не простил. В стремлении защитить своих близких эльфы забыли, что оборотни тоже дети леса, и он не мог не заметить их гибели.

Лес заметил и очень жестоко отреагировал на своеволие эльфов. Эльфы вспомнили, благодаря чему и кому процветает их раса. День тишины леса они не смогут забыть никогда. Ветер стих. Замолчали птицы и насекомые. Звери затаились. И только еле слышимая скорбная песнь леса звучала среди неподвижных деревьев. Она вползала в каждый эльфийский дом, в каждую щёлочку и пела о том, что уже не вернуть, о том кого не вернуть. Этот день стоил эльфам жизни многих новорожденных. Лес это жизнь эльфа. Без егс звучания огонёк жизни затихает в них и, в конце концов, гаснет. Новорожденные дети слишком сильно зависят от своей связи с лесом. В